Свадьба с банкротством

Открытие нового сезона в Крымском академическом русском драматическом театре им. М. Горького традиционно отметили премьерой. К имеющемуся в репертуаре солидному арсеналу спектаклей по пьесам Александра Островского прибавился ещё один — «Свои люди — сочтёмся».
 
…В доме купца Большова (Юрий Хаджинов) неспокойно: дочь Липочка (Юлия Островская) очень хочет замуж. И непременно «за благородного». У родителей девицы на выданье запросы попроще: отец бы порадовался богатому зятю, а мать, Аграфена Кондратьевна, всё больше о душе думает — нужен не просто купец, а который «чтоб лоб крестил по-старинному».
 
Принцев, как водится, на всех не хватает, посему почтенное семейство решает обратиться к свахе Устинье Наумовне (Инна Аносова).
 
Параллельно с линией матримониальной действо пронизывает и финансовая. Дабы спастись от долгов, Самсон Большов решается на рискованный шаг — объявить себя банкротом (первое название комедии и было «Банкрот»). И по совету пьянчужки-стряпчего Псоя Рисположенского (Алексей Аносов) переписать всё имущество на своего приказчика Лазаря Подхалюзина (Алексей Кубин).
 
Деньги и любовь, как и во многих пьесах А. Островского, сплетаются в запутанный клубок страстей. Подхалюзин уже давно сохнет по хозяйской дочке, но куда бедолаге с суконным рылом да в калашный ряд? Однако в одночасье, как поётся в пролетарском гимне, «кто был ничем, тот станет всем». А значит, многое изменится. И вовсе не так, как представлял себе купец Большов…
 
Прошло уже больше века, а пьесы Островского в репертуарах и столичных, и провинциальных театров по-прежнему «в тренде». Почему? Да потому, что современны. Гениальность драматурга при этом не только в рельефной лепке характеров, но, прежде всего, в понимании того, что волнует, волновало и всегда будет волновать зрителя.
 
Дом купца Большова в спектакле Юрия Хаджинова — некий ярмарочный «раёк», где за ширмой кукольных танцев кипят нешуточные страсти. Классически «домостроевские» отец и мать, дочь, мечтающая вырваться из родительского дома в «высшее общество», безответно влюблённый в неё приказчик, охающая ключница, сваха-проныра, пьянчужка стряпчий, не знающий, как прокормить большое семейство… Все эти персонажи, несмотря на то, что придуманы полтора века назад, близки и понятны нам. Более того, за долгие годы в горьковском театре уже сложилась своеобразная школа постановки Островского. Нет, героев его пьес не переодевают в современные костюмы, не переносят в нашу жизнь. Просто делают акцент на анатомию человеческой души, глубоко проникают в суть характеров, ведут зрителя по причудливым коридорам причин и следствий. В пьесе «Свои люди — сочтёмся» мы видим крушение патриархального купеческого мира, где сделки заключались под честное слово. Желание спастись от банкротства приводит Самсона Большова к краху, а его семью — к распаду.
 
А вот «сладкая парочка» — Лазарь Подхалюзин и Липочка Большова — в полном шоколаде. Прибрав к рукам добро бывшего хозяина, ловкий приказчик зажил на широкую ногу, напрочь забыв посулы и обещания, данные и свахе, и стряпчему, и будущим тестю с тёщей. Вместо барыша Устинья Наумовна и Рисположенский получают шиш, а Большов — ещё и перспективу закончить дни в сибирском остроге. Но самое страшное — то, что от опозоренного отца и страдающей матери фактически отказывается и дочь. Юлия Островская и Алексей Кубин воплощают здесь уже привычный нам дух «дикого капитализма», где честь, совесть и даже родственные чувства ничего не значат. Главное — деньги!
 
«— Я, тятенька, не  могу-с! Видит Бог, не  могу-с!  <…> — Выручайте, детушки, выручайте!  <…> — Я  у  вас, тятенька, до  двадцати лет жила  — свет не  видала. Что  ж, мне прикажете отдать вам деньги да  самой опять в  ситцевых платьях ходить? —  Что  вы, что  вы! Опомнитесь! Ведь я  у  вас не  милостыню прошу, а  своё  же добро! —  Мы, тятенька, сказали вам, что больше десяти копеек дать не  можем  — стало быть, и  толковать об  этом нечего». Этот диалог отца и дочери заканчивается отчаянной просьбой Большова: «Коли так не  дадите денег, дайте Христа ради!». Мать семейства Аграфена Кондратьевна проклинает зятя и дочь. Но тем, как говорится, хоть плюй в глаза…
 
Говоря о премьере, хочется отметить не только динамизм сценического действа, но и его полифоничность. Здесь, как и в реальной жизни, уживаются трагизм и гротеск, лирика и приземлённость. А какие яркие образы создают актёры! Сваха Инны Аносовой — поистине блестящая комедийная работа. Неожиданным открытием стал для меня и незадачливый многодетный отец Рисположенский в исполнении Алексея Аносова. Алексей Кубин и Юлия Островская не просто рисуют своих героев резкими мазками, без прикрас, но, самое главное, показывают их трансформацию: жуликоватый приказчик превращается в безжалостного дельца, а скучающая купеческая дочка — в стервозную дамочку, вполне достойную своего мужа. Неким диссонансом выступает в спектакле только Валерия Милиенко, посылающая проклятия дочери и зятю с шекспировским трагизмом, который у Островского звучит, пожалуй, слишком наигранно.
 
И, наконец, Самсон Силыч Большов. Юрию Хаджинову удалось главное: показать развитие образа главного героя, его путь от крепкого хозяина до банкрота, трагедию человека, потерявшего не только деньги, но и семью.
 
Пьесы А. Островского — не просто драматургия. Они даже спустя полтора века помогают нам многое понять, возможно, что-то переосмыслить в своей жизни, взглянуть на привычные вещи под другим углом и, конечно, насладиться новой встречей с золотым фондом русской литературы. Думаю, такая встреча в спектакле «Свои люди — сочтёмся» зрителя точно не разочарует.
 
Марина ГУСАРОВА
"Крымские известия" 25.10.2017
http://simferopol.bezformata.ru/listnews/svadba-s-bankrotstvom/61997611/